Четыре дня в лесу - кот после них отлеживается-отсыпается, попав наконец в мирную среду, где не надо никуда бежать, не надо уговаривать строптивую кошечку, не надо волноваться из-за новых запахов и звуков. И нос больше не кусают комары.
На меня впервые накричал жук-усач. Вероятно, это была какая-то жучиная перелетная стая, потому что в тот день, когда мы красили баню, их было видимо-невидимо, они были на мне, на крашеных бревнах, на скамейке, на кусте, везде. Такие красивые, с длиннющими усами. Мне было лень идти за камерой, оттирать перед этим руки от краски. "Завтра" - решила я. Но завтра их уже не было, ни одного, нигде. Так что наверное таки перелетная стая, если у жуков такое бывает. Так вот, один из них решил поползать по мне.Вернее, не он один, но остальные были сговорчивы и, жужжа, улетали прочь по щелчку пальцами. Этот же был упрям и стремился во что бы то ни стало добраться по руке до моей шеи. А это не то место, к которому дозволено касаться жукам. Поэтому жук получил по морде раз, другой. Нет, он не развернулся и не улетел. Он сел в угрожающую позу, весь такой боевой жук - зад вниз, грудка вверх, усы в стороны, жвальца раскрыты. И говорит тоненько так, грозно: "сквиииииии". Натурально так - сквиииии.На меня, конечно, шипер как-то таракан, притащенный детишками на урок. Жирный мадагаскарский аристократ-нахлебник. Пошипел да и замер у меня в руках. Но чтоб насекомое на меня верещало? Не было.
Небо за городом полно звезд. Млечный Путь ярок как никогда. В последний день, правда, пришли тучи и дождь с грозой подарили. Хорошо, что в последний день - до того накупаться успели. И жалко, что в последний - на утро в лесу повыросло видимо-невидимо лисичек. А нам ехать.
Ничего, я до них еще доберусь.